Ноя
11

День Победы… Кто кого победил?




  • Чума

  • “Полгода прошло. А толку?”– выпуск 67.


  • Иногда мне кажется, что люди придумали юбилеи для того, чтобы был повод поговорить об отмечаемом событии. И важно успеть «до», потому что «после» – никому не будет интересно… Юбилей-то вчера уже прошел, тема закрыта, а ты тут со своими размышлениями.… Раньше надо было!

    Вот я, впопыхах, решил тоже поучаствовать во всенародной подготовке к 65-й годовщине Победы.

    …Кого ни спроси о любимом празднике – Новый Год! И я в этом плане не исключение. А вот на второе место в «хит-параде праздников» подавляющее большинство моих соотечественников, как бывших, так и нынешних, ставит 9 мая, День Победы. И я много лет говорил то же самое, пока не почувствовал, что говорю что-то не то. Умом я продолжал понимать всё величие этого Дня, а вот сердце не реагировало на него должным (?) образом.

    Пожалуй, впервые я это осознал летом 1986-го. Керчь. Город-герой… Аджимушкайские катакомбы… Я стою перед стелой с именами героев (Советского Союза, или просто павших, – не помню, врать не буду). Воинов, сложивших головы во время войны. Стою и думаю:

    «Вот передо мной имена людей, которые лишились жизни ради Победы. Ради того, чтобы уничтожить врага. Ради следующих поколений. Ради меня, в конце концов, как принято считать.… Так почему же почти ничто не дрогнет во мне? Неужели я такой черствый человек? - Да вроде бы не слишком.… Или я просто не люблю свою страну? - Люблю, как будто. Или воспитали меня «семья и школа» не правильно? - …»

    Пожалуй, искать надо тут. Влияния этих факторов никто из нас миновать не может, а родом мы все из детства, как известно.

    Влияние на формирование моего мировоззрения таких факторов как семья (родители) и школа (общественная пропаганда), разумеется, тоже было велико. Однако же векторы этого влияния сильно разнились. Точнее – в конечном итоге они совпали, но вопреки, как я могу догадываться, желанию «школы». Тут дело в следующем.

    Мои взгляды на «нашу советскую действительность», нашу историю, советский режим в целом, складывались в первую очередь под влиянием моего отца. Отец не был диссидентом, однако же, придерживался антикоммунистических взглядов. Критиковал «политику партии» ярко, образно, с юмором, сарказмом, со смаком, я бы сказал. Критиковал зло, но критика эта не была огульной – всё было достаточно аргументировано, насколько я, пацан, мог об этом судить.

    Под его влиянием и у меня достаточно рано сформировалось крайне скептическое отношение к советской официозной пропаганде (а другой пропаганды тогда не было, да и быть не могло). И потому пропагандистские приемы, как правило, вызывали в моем восприятии обратный эффект. Не всегда обоснованный, как я теперь понимаю, но чаще всего – правильный (как я опять же вижу это с сегодняшней своей «колокольни»). Все безудержные восхваления «наших достижений», все эти «славы КПСС», лицезрения заскорузлых советских лидеров во главе с «...и лично товарищем Брежневым», торжественные голоса дикторов Центрального телевидения, и прочая, и прочая и прочая, уже в школьные годы стали раздражать. Чем дальше, тем больше. Даже в тех случаях, когда я не видел (не чувствовал) лжи коммунистической «пропаганды и агитации» я всё равно не слишком верил ей. Все одно брешут!

    Постепенно такие мысли начали закрадываться ко мне и применительно к победе в Великой Отечественной войне. Точнее – не к самой победе, а к информации о ней, о войне вообще.

    Всё было крайне просто: на нас - очень хороших, напал враг – очень плохой. Да еще и до зубов вооруженный. Напал коварно, из-за угла практически, поэтому мы, в силу своей чистоты и доверчивости, не смогли подготовиться к этому нападению (да и как можно подготовиться к нападению из-за угла?). Поэтому сперва и погнал нас проклятый враг туда, куда Панас телят не гонял. Потом мы пришли в себя, рассердились, набрались сил и прогнали врага со своей земли! Потом решили: гнать надо еще дальше, чтобы освободить соседние страны, что и проделали с успехом. В отличие от фашистов, наши солдаты вели себя на чужих землях исключительно благородно, по-геройски. Да, ну еще нам немного союзники помогли…

    В сухом остатке – чистая победа Добра над Злом!

    Раз коммунисты так преподносили историю войны - значит, на самом деле было не так. Ну, или не совсем так. Именно так я рассуждал тогда. Скорее даже не рассуждал (какие могли быть рассуждения на эту тему!?), а где-то чувствовал. И носил в себе.

    И только много позже, когда «открылись шлюзы гласности» я убедился в том, что мои подозрения не были лишены оснований. Мы узнали о пакте Молотова - Риббентропа (точнее – о секретном протоколе к нему), о «дальновидной» политике отца народов перед войной, о том, какую огромную роль сыграла помощь Великобритании и США, о недостойном (скажем так) поведении очень многих наших солдат на «освобожденных» территориях и т.д.

    Со временем у меня сформировалось такое отношение к событиям тех лет. Победа СССР во Второй мировой – это не победа Добра над Злом. Это – победа Зла своего над Злом чужим. Это – смена одного преступного режима другим преступным режимом. Смена власти одного людоеда властью людоеда другого, более «привычного». Уничтожив действительно опаснейшего, жестокого врага мы (хотя, кто эти «мы» в данном случае, надо еще разобраться) вновь водрузили себе на шею мерзкого тирана, который, напившись чужой крови, расцвел еще более пышным цветом, чем прежде. В соседних странах режим фашистской оккупации сменился режимом оккупации коммунистической.

    Таким образом, 9 мая для меня – это не повод для ликований, восторженных слов и обильных возлияний, а повод для грустных размышлений, прежде всего…

    Когда началась война, отцу было 11 лет. Стало быть, он помнил ее очень хорошо. Однако не слишком распространялся на эту тему. Но тема войны всю жизнь волновала его, была с ним. Он очень любил военные песни, часто (и хорошо) пел их. Любил прозу Бакланова и Василя Быкова. Его интересовали военные фильмы, хотя, насколько я могу судить, правды в этом кино он видел не так много, как ему хотелось…

    А незадолго перед смертью он написал воспоминания, где много пишет о войне. Фрагменты этих воспоминаний, наиболее яркие, на мой взгляд, я и решил опубликовать. Я опустил описания воздушных боев, свидетелем котрых был отец, сцены взрывов и пожаров, некоторые сугубо личные моменты… Оставил лишь то, что, как мне кажется, может представлять интерес для современного читателя, не слишком хорошо знакомого с бытовой стороной жизни на оккупированных территориях.

    Хочу отметить, напоследок: несмотря на свою «антисоветскую сущность» отец всегда считал 9 мая 1945 года – счастливейшим днем своей жизни. Подозревать его в каких бы то ни было симпатиях к нацистской Германии – смешно, по меньшей мере.


  • Чума

  • “Полгода прошло. А толку?”– выпуск 67.



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи