Ноя
11

Док достал с полки книгу и начал читать густым, низким голосом:




  • Люблю

  • but i just want you to know me…


  • И теперь
    Если дева, у которой глаза были полны чащоб и туманов,
    Тяжкую ношу любви снова ко мне принесла,
    Я снова бы предал её голодным рукам-близнецам
    И пил бы вино с её губ, неблагодарно, как шмель,
    Что, к лилии белой припав,
    Грабит любимой богатство.
                                 
                        * * *

    И теперь
    Если б только увидеть,
    Как лежит, истомясь, моя радость,
    И во взоре печаль, и разлука, и непереносимая нежность,
    Я снова бы сплёл из любви сладко-тяжёлую цепь,
    И ночь бы качала на смуглой груди
    Весёлую голову дня.

                        * * *

    И теперь
    Мне глаза, что наскучили зрелищем жизни,
    Всё рисуют, рисуют портреты её,
    Луч солнца на шёлке щеки,
    Магнолии нежностью равной,
    Белейший пергамент, на котором злосчастные губы мои
    Выводили те стансы, каких уж вовек не напишут.

                        * * *

    И теперь
    Смерть мигает напудренным веком,
    Не даёт мне забвенья о теле, любовью казнённом.
    Покой и отраду даруют мне эти сосцы,
    Как два рдяных цветка.
    И мучает память цветок её уст,
    Что печалью легли на мой рот.

                       * * *

    И теперь
    Торгаши на базарах судачат
    О слабости той, что сильна и меня полюбила.
    А сами, ничтожные, они продаются за деньги.
    Принц заморский тебя не возвёл на нечистое ложе.
    Ты одна. Ты со мной. Ты как платье,
    плотно меня облекла. Моя радость.

                        * * *

    И теперь
    Я люблю те глаза.
    Они веселы были и полны печали,
    И тени пушистых ресниц я люблю, тоже полные ласки.
    Я люблю аромат тех единственных уст,
    И волос её тонкий дымок,
    И весёлое, тонкое пенье браслетов.

                        * * *

    И теперь
    Помню я, как менялось лицо,
    Как ты нежно делила мой пламень. Мы единою были душой...
    О, я знаю любовные игры служительниц Рати.
    На закате луны я их видел.
    Истомлённые, в зале, обитой коврами,
    Тотчас они засыпали и всё забывали.

                       * * *

    И теперь
    Когда слушаю мудрые мысли учёных мужей,
    В размышленьях пустых юность свою растерявших,
    Я тоскую по давнему лепету
    Девы далёкой и близкой,
    По странным и мудрым словечкам,
    Текучим, медвяным и сонным, как сонные воды реки.

                       * * *

    И теперь
    Тоскою сжимается сердце, когда вспоминаю
    Высокие синие горы и низкие серые скалы,
    Плеск моря. Я видел глаза твои странные. Руки как бабочки.
    И для меня поутру вспархивал птенчик с тимьяна,
    И дети бежали купаться к реке - для меня.

                        * * *

    И теперь
    Я знаю, что главного в жизни отведал,
    Пил из чаши зелёной, из чаши златой на великом пиру,
    И в дальнее то, мимолётное то и бессрочное время
    Глаза мои полнились видом любимой,
    Слепящего света светлейшим потоком.

    Джон Стейнбек
    "Консервный ряд"































































  • Люблю

  • but i just want you to know me…



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи