Ноя
11

Дружный 2003




  • Милые кости

  • Путешествие в Икстлан


  • Я никогда или редко писала о годах. Есть такие годы - годы излома, годы-революции, когда вчера та, а сегодня уже по-другому. Таким годом стал для меня 2003. Год под чьим знаком уже и не помню, но этот год принес мне ум, сердце и понимание. Еще в конце 2002 я узнала, что в скором времени не станет любимого человека, что Ксюше стоит мужаться и понимать одно: все смертны. Приходилось уговаривать пить, есть, приходилось смотреть как плачет скала, как угасает факел непобедимой силы. Мой самый любимый человек, мой сероглазый исполин, тот, кто подпинывал меня для новых начинаний, кто давал мне руку при падениях, кто отчитывал и успокаивал, кто учил меня жить. Дедушка уходил стремительно, никогда не показывал боли, а я все чувствовала, каждый его шорох. 
    Его не стало в июле, второго числа,  и как его не стало - я почувствовала, сразу и с той минуты выросла. А сейчас, думаю, стоило бы пойти по порядку.

    На новый год 2003 мне подарили мою первую камеру, пленочный Kodak, я сразу принялась отщелкивать пленку за пленкой, радуясь снимкам. На каждом снимке он был угрюм и лишь на одном улыбнулся. Все старались изображать радость, я так совсем искренне, я ведь верила в чудо, что он останется жить. Я пила лимонад с крошками пепла и твердила: "Господи, хоть бы он поправился!". Прошел Новый год, последовала еще одна операция, более он не вставал с постели, лишь иногда просил вывезти его на дачу. 
    Право слово, ненавидела я эту дачу тогда! Ряды чертовой кукурузы, от сердца, как же она меня раздражала, я хотела побыть с ним, а не с ней! Но он просил ее поливать, и я поливала ее, таская ведро за ведром, а он сидел в тени на оранжевом кресле и смотрел куда-то сквозь меня. 

    В июне мама решила, что видеть агонии не следовало бы мне одиннадцатилетней, что мне стоит поехать в лагерь. Я никогда не жила одна, без родителей, 11 лет, черт подери! Но я авантюрою ведома поехала в пионерский "Дружных". Всего-то 15 минут от города, озеро, лес. На пороге встретила нас девочка, оказалось имя ее - Женя, Валенникова Женя, 13 лет, почти 14, высокая, кроткая, в синем. Проводила, сказала, что есть два домика у третьего отряда: тихий и нет. Мама решила, что в тихий, что зря. К вечеру у нас уже была драка дом на дом. Кто зачинщик, спросите? Кто же, конечно - я. 

    Ка мне жилось в лагере? Никак. Изгой. И только Женя - отдушина. Женя и ее мама - Ольга. Спустя неделю Женю увезли на "скорой", тогда я еще не знала, что Женя останется образом. Спустя почти год, точнее сказать от июня по апрель 2004. Женя отошла к Богу. спустя еще время я узнала, что ей было плохо, а потом уж и диагноз - лейкемия. Женю не спасли... К слову: 14 лет. 

    А пока еще стоял июнь, потом наступил июль, кого-то уже забрали домой, а мы продолжали мотать пионерский срок. 

    2 июля было по-особенному тихо, потом я рыдала, потом началась гроза, потом приехал отец, отец молчал, а я задавала вопросы, отец уехал. Гроза прошла, готовились к последнему костру. Его дух отошел в 17:20. К слову: 2 июля 2003. 

    Думаете, что я не почувствовала? А отчего тогда, спросите, я плакала? Я не знала, но я была уверена. Да, он ушел, сказав, чтобы берегли меня. 

    Ночью мне приснился сон: идет здоровый, идет по аллее, а я бегу  к нему, моему родному, Пантелеймоном, к слову, его звали. Бегу, отец меня держит, а я кричу: "Возьми меня с собой", а он мне: "Иди к отцу,Ксения, тебе еще рано!", и меня оттаскивают, я плачу, а он уходит в даль аллеи, в туман, облачный туман. Весь день ходила не своя, а к утру 4 июля за мной приехал отец, отвез домой, умыл и мы поехали...на похороны.

    Первые похороны, ни эмоции, ни слезы. Гроб, тело, какие-то гадкие люди, я в красной блузке.

    Похоронили, жаркий день.

    К августе меня снова сослали в тот же лагерь. Да нет, ребят, я не сопротивлялась, мне было по боку. 
    Отряд, кажется, 9-ый был, люди, люди, твари.  чему веду? К отряду №1, туда поселили детей и родителей. Детей с синдромом Дауна и с ДЦП. 

    От с того момента я поняла: вот они - живые. 

    Все две недели пришлось терпеть тяготы унижения, удручающей тишины, простуженного мочевого пузыря и болей резких. Всегда думала, мол, а не утопиться ли, озеро рядом, но его можно было перейти вброд. 

    Как-то к вечеру, в часов 7 после полудня, я сидела на качелях и плакала. Уже сотый раз и по одинаковой причине унижения, ко мне подошла одна мама с ребенком в коляске. Мальчика был парализован полностью, только судорожно кивал головой и мычал. Она поинтересовалась у меня причиной моих слез. Я ответила ей, что надоели эти издевки. что я толстая и вообще хорошо бы было сдохнуть во младенчестве, что так сложно жить не такой как все. Она же помолчала, а потом выдала: ее сын был обычным мальчуганом пока ему не сделали какую-то прививку. Ему сделалось плохо, а потом его еле спасли, но его парализовало, он теперь такой, горшечное растение, ее любимое, но немое. Ему никогда не познать радости любви, не понять отчего всходит и заходит солнце, ему никогда не иметь детей. а я? А я пока сейчас такая, а потом буду лебедем. Что сейчас я - нераспустившаяся розочка, а после буду красивым соцветием, розой, которая  будет дарить красоту и радость. У меня жизнь впереди и спустя годы я пойму ее слова. 

    Прошло 9 лет, я не знаю как сложилась ее судьба, что сталось с мальчиком, но я помню каждое ее слово, мягкий свет августовского заката и фиолетовый свитер на мне, качелю и 9-ый отряд. Как оказалась она права и как оказалось интересно: люди-инвалиды оказались самыми здоровыми людьми, люди, которые не могли чувствовать - самыми чувственными, глухие - слышащими. слепые - видящими, а самые немые - говорящими...





  • Милые кости

  • Путешествие в Икстлан



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи