Ноя
11

Художка




  • Безымянный 27625

  • Ближний Востк - дело тонкое! (март 2009) - Set #13 - Назарет (часть 1-я).


  • В эти дни, за что бы я не взялась всё напоминает мне мою художественную школу.
    Последний раз я заходила в высокие двери художественной школы № 1 имени Серова года три назад.

    Перед вступительным экзаменом я несколько недель в августе ходила на курсы. Мне было 12 лет и пустая, отдыхающая от учеников художественная школа поразила меня. Просторные залы были все залиты светом. Над старыми кожаными диванчиками плавала в воздухе пыль. Подоконники завалены скульптурами выпускников, а полы недавно снятыми после просмотра со стен рисунками.
    Передомной поставили чучело бесхвостого зайца, и сказали рисовать. Лист бумаги А2 тоже меня поразил. До этого я не рисовала ни на чём, больше А3, и он казался мне огромной белой простынёй. Тем более что заштриховать его предстояло тоненьким карандашом. После занятий мы с мамой шли к Кропоткинской и кормили голубей.
    ***
    Сколько себя помню рисовать меня никто не учил. Первый раз я услышала, что я хорошо рисую - в детском саду. Даже не знаю почему.
    Моя двоюродная сестра намного аккуратнее закрашивала раскраски, чем я. 
    Но слово было сказано, и когда однажды мой рисунок в детском саду повесили не на первый ряд (самые лучшие работы), а на третий -  я страшно обиделась. В первый кружок по рисованию я пошла лет в 6. И не признавала ничего, кроме фломастеров. Потом мама меня отвела на урок к какому то художнику, который жил на старом Арбате. Он не давал нам пользоваться ластиком, и учил не бояться пользоваться цветом. По-чемуто больше мы к нему не приходили.
    Потом меня случайно протолкнули на занятия в Дворце Культуры, где работала моя мама. 
    На столе стоял натюрморт: гипсовая симметричная розетка, параллелепипед и конус. Мне было 7 или 8 лет и я впервые столкнулась с таким явлением как гипсовая розетка, полутень и светотень.
    Меня просто превели и посадили за мольберт перед чистым листом с карандашом в руке. Всё что-то рисовали, и я тоже стала перерисовывать и делать первые штрихи. На удивление конечный результат включил и тень и светотень и розетку. После этого я стала не выпускать карандаша из рук и штамповала маленькие картиночки одна за другой. Никто из моих односкласников не знал ни про тень, ни про полутень, ни тем более про светотень, поэтому я раздавала автографы на своих работах на право и на лево.
    ***
    И вот я поступила в художественную школу.
    Ещё на экзамене мне запомнился странный старик - Владимир Михойлович Раткин.
    Он подсказал мне куда положить рефлексы. Этот человек был одержим своей профессией, весь с головой погружен в неё.

    Здание в котором мы занимались старое - 18 века. На второй этаж вела винтовая лестница с деревянными пирилами. Под высокими потолким висели роскошные люстры, а посередине одной залы стоял огромный дубовый резной стол. Он и сейчас там стоит.
    Помешение, где мы занимались скульптурой всегда мне напоминало царские палаты - с низкими сводчатыми полукруглыми потолками. Над дверью, как у По висел бюст паллады, ещё один стоял в полукруглой нише. Стены были заставлены стеллажами с обожжёнными работами. Те же работы, что не удались с размаху отправлялись в ванну с глиной.
    Заниматься историей искусств мы ходили на чердак, где когда-то жила прислуга. Попасть на чердак можно было, поднявшись по крутой лестнице, мимо большой вырезанной кем-то из дерева собаки. Коридоры на чердаке были завалены стопками старых работ. Их можно было смотреть - не прересмотреть. 
    На втором этаже у нас был архив с муляжами, чучелами и всем, что могло понадобиться для натюрмортов. Это помещение было похоже одновременно и на библиотеку, и на лавку старьёвщика, и на квартиру чучельника.
    Мы долго гадали, стоя перед человеческим черепом - настоящий он или нет.
    Потому что коровий - был явно настоящий.
    Ещё был замечательный старый балкон, который вёл из зала живописи на Пречистинку.
     Как здорово было стоять на нём весной и смотреть на прохожих.

    Наверное люди, никогда не бывавшие в художественной школе многое потеряли: разрисованные мольберты и посланиями друг другу, очередь что бы набрать воды в банки, совместное чворчество над чей-нибудь работой по композиции; радоствное ломание скульптур, после урока лепки; "поллитры-политры", выпрашивание тряпочек для кистей, испачканная краской одежда. А когда у тебя все руки в глине, а есть хочется друзья приходили на выручку и кормили тебя с рук.
    Захаживание в гости музыкантов из соседнего здания, развеска работ, выставки, стопищи рисунков.
    И пленеры, конечно же.

    Чудное было время.



























  • Безымянный 27625

  • Ближний Востк - дело тонкое! (март 2009) - Set #13 - Назарет (часть 1-я).



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи