Ноя
11

φ. Крживоклат




  • Милые кости

  • Безымянный 8252


  • — Что вам показать?

    Этот вопрос вернул нас с Васькой на землю. Благоговейные вздохи — дело хорошее, кто бы спорил, но, с точки зрения кудрявого полиглота, милосердный Господь послал нас ему не ради заточки ляс, а исключительно с целью товарно-денежного обмена. Мужик небось который день без покупателей сидит. На нас вся надежда.

    — Папа обещал купить мне куклу, — объявила Василиса. — Хотя мне кажется, что вот та зеленая рыба гораздо круче.

    — Прекрасный выбор. Это действительно очень полезная рыба, — согласился хозяин лавки. — Она все знает о людях. Человек только вошел, а она его уже раскусила, видит как на ладони. Ее не проведешь.

     

    — И про нас знает? — обрадовалась Васька.

    — Конечно.

    Он по-прежнему был очень серьезен, ни тени улыбки.

    — А что именно?

    — Понятия не имею. Она мне никогда ничего не рассказывает. Рыба — она и есть рыба.

    Васька тихонько пискнула от восторга.

    — С рыбами вечно так, — невозмутимо продолжал кудрявый. — У меня есть рыба, которая знает цены на кофе в Никарагуа, и рыба, которая знает дату грядущей кончины любого из правящих сейчас королей. Есть рыба, которая держит в уме расписание лондонских автобусов, и рыба, осведомленная обо всех музыкальных новинках будущего месяца. Вон та красная всегда в курсе, какая будет погода — завтра и через неделю, и даже следующим летом. А белая, которая висит под потолком, отлично разбирается в рынке ценных бумаг. Если бы хоть раз удалось ее разговорить, был бы я сейчас миллионером. Но рыбы всегда молчат. Такова их природа.

    — А о чем молчит вот эта? — Васька крутила в руках большую черную рыбину с ярко-оранжевыми плавниками.

    — А эта рыба молчит обо мне, — все так же серьезно ответил хозяин. — Все знает, но помалкивает. И правильно делает.

    — Очень полезная штука, — согласилась моя дочь. — А вы можете сделать рыбу, которая будет молчать про меня?

    — Могу, — кивнул он. Подумал и добавил: — Даже делать не придется, она уже есть. Сейчас.

    Пошарил под прилавком, достал оттуда маленькую желтую рыбку, протянул Ваське.

    — Никому никогда слова ни скажет, — торжественно пообещал он. — И стоит всего сто двадцать крон.

    Стало ясно, что по крайней мере от одной покупки мы теперь точно не отвертимся. Обычно меня раздражает такого рода назойливость, не оставляющая покупателю приятной иллюзии выбора, но сейчас я внутренне рукоплескал ловкому торговцу. Высший пилотаж, чего уж там.

    — А птицы? — спросила Васька. — О чем молчат ваши птицы?

    — Птицы не молчат. У них другая работа. Эти птицы не летят.

    — Куда не летят? — озадаченно спросила моя дочь.

    — Кто куда. Вот эта, к примеру, не летит в Южную Африку. А вон та, красная, — в Турцию. А вот эта стайка, — он указал на деревянную подвеску как минимум из дюжины разноцветных птичек, — не летит в Гонолулу. Сам не понимаю, почему именно туда. И тем не менее.

    Васька звонко рассмеялась. Будь она моей ровесницей, я бы сказал, что она помолодела, но в двадцать четыре года помолодеть непросто, поэтому моя дочь стремительно впадала в детство. Я начал опасаться, что еще немного, и ее волосы самостоятельно заплетутся в косички.

    — Какое у вас тут все необыкновенное! — воскликнула она.

    — Да, это правда, — подтвердил хозяин. — Нет смысла продавать людям обыкновенные вещи. Их и без того гораздо больше, чем надо. Нет уж, чего-чего, а обыкновенных вещей вы в этой лавке не найдете...

                                                                                                                                          Макс Фрай "Большая телега"


  • Милые кости

  • Безымянный 8252



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи