Ноя
11

одиночество




  • Зимняя сказка

  • Тут буде все…


  • И все-таки осень - странная пора года. Как-то восприятие мира меняется. Стоишь в толпе, а кажется, что осталась одна во всем мире. И от этого становится так спокойно и легко... И в то же время очень горько и больно. Все ж пора найти свой давно потеряный внутренний смысл. Иногда возникает иллюзия, что этот смысл очевиден, я его осознаю всем телом и душой... но в одно мгновение он ускользает, становится таким далеким и недоступным...

    Наверное вам не понятно, о чем я говорю, я и сама с трудом подбираю слова для выражения своих чувств. Но в общем никому и не обязательно вникать и понимать, ибо пишу я скорее для себя. Раньше я вела дневник, когда нет друзей хочется излить душу хотя бы на бумагу. А потом услышала фразу вокалиста группы "creadle of filth" (скорее всего неправильно написано название группы, но это не важно), цитирую "дневники пишут для того, чтобы их кто-нибудь, когда-нибудь прочитал." И стало как-то противно. лицемерить перед самой собой глупо.
    И все же осень навевает какие-то лирические нотки... Перед глазами проплывают события прошлых лет, как будто подведение итогов короткой бессмысленной жизни. Мимолетная любовь, еще одна и еще... Предательство, еще предательство и снова предательство... Дружба, перетекающая в любовь, а потом опять же в обман, измену...

    На дасерт хочу поделиться великолепной сказкой, она очень приятная и не длинная. Хотите читайте, хотите - нет.

    ПРАВДА МЫ БУДЕМ ВСЕГДА?

    "Неужели все так быстро кончается? - подумал Ослик.- Неужели кончится лето умрет Медвежонок и наступит зима? Почему это не может быть вечно: я, лето и Медвежонок?
    Лето умрет раньше всех, лето уже умирает. Лето во что-то верит. поэтому умирает так смело. Лету нисколько себя не жаль - оно что-то знает. Оно знает что оно будет снова! Оно умрет совсем ненадолго, а по- том снова родится. И снова умрет... Оно привыкло. Хорошо, если бы я привык умирать и рождаться. Как это грустно и как весело!.."
    Медвежонок зашуршал опавшей листвой.
    - О чем ты думаешь? - спросил он.
    - Я?.. Лежи, лежи,- сказал Ослик.
    Теперь он стал вспоминать, как они встретились, как под проливным дождем пробежали весь лес, как сели отдохнуть и как Медвежонок тогда сказал:
    - Правда, мы будем всегда?
    - Правда.
    - Правда, мы никогда не расстанемся?
    - Конечно.
    - Правда, никогда не будет так, чтобы нам надо было расставаться?
    - Так не может быть!
    А теперь Медвежонок лежал на опавших листьях с перевязанной головой, и кровь выступила на повязке.
    "Как же это так? - думал Ослик.- Как же это так, что какой-то дуб разбил Медвежонку голову? Как же это так, что он упал именно тог- да, когда мы проходили под ним?.."
    Прилетел Аист.
    - Лучше?..- спросил он.
    Ослик покачал головой.
    - Как грустно! - вздохнул Аист и погладил Медвежонка крылом.
    Ослик снова задумался. Теперь он думал о том как похоронить Медвежонка, чтобы он вернулся, как лето. "Я похороню его на высокой- высокой горе,- решил он,- так, чтобы вокруг было много солнца, а внизу текла речка. Я буду поливать его свежей водой и каждый день разрыхлять землю. И тогда он вырастет. А если я умру, он будет делать то же самое,- и мы не умрем никогда..."
    - Послушай,- сказал он Медвежонку,- ты не бойся. Ты весной вырастешь снова.
    - Как деревце?
    - Да. Я тебя буду каждый день поливать. И разрыхлять землю.
    - А ты не забудешь?
    - Что ты!
    - Не забудь,- попросил Медвежонок.
    Он лежал с закрытыми глазами, и если бы чуть-чуть не вздрагивали ноздри, можно было бы подумать, что он совсем умер.
    Теперь Ослик не боялся. Он знал: похоронить - это значит посадить, как деревце.































  • Зимняя сказка

  • Тут буде все…



  • Ноя
    11

    Одиночество…




  • I wish I was dead

  • Произведения Эшрефа Шемьи-заде


  • Одиночество, как смерть.

                                       Ж. Мольер: Дурная жизнь приводит к дурной смерти.

     

    Этот осенний, прохладный день, был похож на бриз у моря. Он навевал тоску, жалость, печаль и некое сомнение. Сомнение о прошлом и будущем. Природа ещё не до конца погибшая, переливалась всеми цветами золота. Это была та самая пора осени, когда лето уже позади, но и зима ещё не спешит распахнуть свои объятья и ударить по земле морозами и снегами…

    С маленькой, тесной улочки на аллею свернула хрупкая женщина лет тридцать. Одета она была очень просто. Плащ, явно потасканный. Сапоги, не первой свежести. Единственное, что могло привлечь внимание, это её печальные голубые глаза. Они выражали покорность и смиренность. Если бы вы встретили на улице эту женщину, вы бы вряд ли её запомнили бы. Она одна из многих. Только глаза выделяли её из толпы.

    Женщина шагала тихо по опустевшей аллее. Все  люди давно разбежались по домам к своим семьям. Но она, она шла, и каждый шаг казался для неё вечностью. Даже природа соприкасалась с горем, пережитым её. Деревья покачивали верхушками в такт её разрывающемуся сердцу. Одежда незнакомки была под стать её настроению. Каждая деталь, надетая на ней, была чёрной. Траурное, грустное настроение вызывала одинокая аллея с женщиной. Только сейчас, разглядев её. Стало отчётливо видно, что она несла.

    В её дрожащих, не то от холода, не то от горя, руках был, портрет в чёрной рамке. На нём, был изображён мужчина необычайной красоты. Его лицо было мраморно белое, глаза тёмно серые, так как он улыбался, были видны его ровные, аристократичные зубы, безупречные, без всяких признаков кариеса. Волосы на его голове были густые и тёмные. Хотя мужчина и улыбался, в глазах его была тоска. Остальную часть фотографии женщина заслонила рукой. Незнакомка прошла часть аллеи, свернула на примыкавшую улицу и, обернувшись, встретилась со мной глазами. Тогда, я поняла. Она шла в детский дом, который находился на этой улице. Что-то подстегнуло меня, и я отправилась потихоньку за ней.

    Дойдя до приюта, женщина вошла во внутрь. Там она пробыла не больше сорока минут. Вышла она оттуда не одна. Провожать вышла нянечка, большая русская баба, с маленьким хрупким мальчиком,  которому, на мой взгляд, было лет пять. В руках у мальчонки был портрет, тот самый, который ещё сорок минут назад женщина несла возле своей груди. Мальчик улыбался, женщина плакала, казалось, она прощается с мальчиком, портретом и жизнью в целом.

    На следующий день женщина покончит с собой. Скорая  не успеет её спасти, исход летальный. В предсмертной записке она напишет всего несколько слов: «Скажите Пашенке, когда он вырастет, что его папа и мама будут всегда рядом с ним. Пусть он вспомнит нас, взглянув на портреты, и заранее меня простит…»

    На столе, возле записки, в однокомнатной квартире будет стоять портрет в чёрной рамке. На нём будет женщина с печально голубыми глазами…


  • I wish I was dead

  • Произведения Эшрефа Шемьи-заде



  • Ноя
    11

    Одиночество…




  • Заметка о счастье)))))))))))

  • Пряности и специи


  • «…Раньше вот на скамейку выходила…Там сидела, с кем-нибудь разговаривала. А теперь же никто не выходит…Все на тот свет ушли…»

    Бабушка, которая мне все это рассказывает, даже и не жалуется. Просто рассказывает. И вдруг услышав короткое «Мяу», прерывает разговор:

    - Что, Фомочка?

    Фомочка – это кот ее сына. Сын с семьей уехал в Молдавию, в отпуск. А бабуля наслаждается обществом кота, о котором может заботиться, и возможностью хоть с кем-то поговорить. И тут мне становится ужасно стыдно. За то, что всегда говорила о ценности одиночества. Что порой жаловалась на собственную несостоятельность. Что никогда полностью не ценила семью (а можно ли оценить значение семьи в полной мере?).

    А сколько вещей вы воспринимаете как данное? Мы считаем, что можем обойтись без каких-то вещей, не ценим их. Я не собираюсь сейчас проповедовать заветные истины многочисленных демотиваторов («А что можешь ты?»). Это сказано уже многими и до меня и лучше меня. Просто хочу рассказать об этой женщине.

    Зовут ее Екатерина Васильевна. Муж у нее умер лет 12 назад, кот – год назад. Ей 85 лет. Для своего возраста она, на мой взгляд, неплохо выглядит. Продолжает ходить на высокой платформе, красит губы, носит брюки, которые сама и сшила, «когда еще героиней была» (ее любимая присказка о былом времени). Одна проблема – Екатерина Васильевна плохо видит. Один глаз не видит вообще – глаукома. А второй видит плохо.

    Я сказала «одна проблема». Ой ли? Из-за того, что она не видит, заняться ей по вечерам нечем. Ни пошить, ни повязать, ни даже книжку почитать. Телевизор после «Пусть говорят» ничего путевого не показывает. Разве что концерты. И вот тут Екатерине Васильевне равных нет: любого русского исполнителя она может определить по голосу и тут же выдать его биографию (официальную и таблоидную версию). Фомочку через неделю заберут вернувшиеся хозяева, увезут в центр Москвы. Я еще через неделю уеду. И останется Екатерина Васильевна одна. Без единой, даже кошачьей живой души в доме. Без каких-либо дел. Без полноценного зрения. Только с походами в сберкассу и ближайший магазин, но только под руку с соседкой.

    «…Я раньше всю Москву обошла… Ну это когда еще героиней была…»


  • Заметка о счастье)))))))))))

  • Пряности и специи



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи