Ноя
11

От Одоева до Болхова. Записки путешественника




  • Амстердам: Город Контрастов (из заметок путешественника)

  • Декларация независимости Свободного Острова Принцессы Марии


  • "Пойдём в мой край, в поля, луга Орловщины.
    Нигде такого края не видал,
    Но часто создаётся впечатление,
    Что кто-то шёл, присел, по-крупному..."

    Да простит меня Дмитрий Блынский - в веке прошлом воспевший в своих стихотворениях красоту родной-орловской земли - за учинённую похабщину-непотребщину, но право-слово, отнюдь не я её учинил, а совсем другие люди-лица, благодаря коим со школьной скамьи привычный строй стиха ныне невольно - при взгляде на просторы среднерусские - трескается-осыпается, словно худые стены редких хуторских мазанок и деревенских изб, тлеет-иссыхает в поникших-разбитых рощицах, и в конце концов - почернев-помутнев в запавших-худых боках колодцев - распадается на неслышный - сдавленны-сжатый потаённо-внутри, - но в то же время страшный, пугающий подчас меня самого, вой тоски, из коего - невольно и резко - как раз и выбиваются-секутся уже собственные "прогоревшие" и прогорклые рифмы; но, увы, они не итог, а часто лишь начало: для заметок "на манжетах", переходящих, правда, нередко на "рукава", кои незаметно становятся самостийными очерками-эссе.
    Посему недавно оставленный в ЖЖ комментарий о поездке по "глубинке" Тульской и Орловской как-то сам собой переплавился сейчас в необходимость, точнее, в желание развернуть этот материал, насытить его остановками-впечатлениями, кои - кстати, замечу - появились во многом случайно, буквально вылетели из-под колёс встречной фуры в виде крошечных камней, оставивших пару ссадин на капоте авто, но, главное, пробивших лобовое стекло, и потому - дабы не снискать на голову новых приключений-булыжников - решил я уйти-съехать с федеральной трассы Крым-2 пусть на несколько разбитые, но зато и более безопасные - машин меньше, встречных почти нет - дорожки Тульской области. После блужданий-замеров по атласу выбрал - как казалось - даже более короткий путь до дома, свернул под Тулой на линию Одоев-Белёв-Болхов.
    Вплоть до Белёва пролегает пусть слегка подлатанная, немного разбитая, нередко похожая на горный серпантин - взлетающая на иной раз довольно крутые холмы и падающая с них извивающимся удавом - дорога; впрочем, здесь - без риска рассадить подвеску на забытой ремонтниками яме - можно смело держать 80-90 км/ч, изредка притормаживая на небольших трамлинах-горках и поворотах; попривыкнув немного к такому "самолётному" темпоритму, можно даже взирать-впитывать окрестности, кои говорят - повторю, в Тульской области - о некоей пусть не зажиточности, но обеспеченности жителей: раскиданные вдоль дороги посёлки-деревни ухожены, утопают в садах, провисают в яблонях-сливах, под которыми разбросаны-лежат небольшие сугробы - гуси, отдыхающие от полуденного зноя. За калитками-заборами - часто чисто символическими, обозначающими прореженным штакетником токмо границы участка - расположены небольшие, но добротные-кирпичные домики с припаркованными рядом авто. Причём весьма неплохими авто - джипами-пикапами да легковушками импортными-свежими. Нередко во двориках гнездятся две-три машины. Разумеется, на антоновку да на штрифель вкупе с десятком-другим кур-уток даже Ладу не купишь. Откуда деньги?! Теневой капитал?! Безусловно! Правда, сокрыт он тут же - под сенью крыш-шапок ульев. Их - мириады; на каждый двор приходится, наверное, по полусотне пчелиных семейств, кои - коль прикинуть да подсчитать - способны, с одной стороны, соорудить соты-палаты многоэтажные, конечно же, для своих хозяев, а с другой, напитать их не скромными фордами-маздами, а даже мэйбахами-мерсами. Но - и это очевидно - народ местный за показухой сравнительно-бутиковой не гонится. "Зачем и, главное, кому подобная бравада нужна здесь, в деревне, где все друг друга знают, как облупленных?!" - ответила на мой вопрос о причинах скромности излишней местная жительница, у которой я покупал яблоки. Правда, для ясности добавила: "Детям помогаем; младший вот не захотел с нами жить, в Москве обосновался, потому квартиру ему пришлось там купить". Кстати, аналогичный алгоритм поведения - эмиграции из родных краёв юных да зрелых - типичен для "глубинки"; слишком зыбко, по словам собеседницы, стало жить на земле. И - добавлю - дорого! Тех же пчёл могут потравить - удобрениями-химикатами - новоявленные владельцы (не селяне, а по большей части городские жители) полей и лугов; разумеется, компенсации выплатят, но рубликов этих не хватит даже на то, чтобы один улей восстановить-воскресить. Так что приходится нередко по несколько лет восстанавливать в миг уничтоженное хозяйство. Конечно, выручает живность. Но много за неё не получишь, ведь за прилавок на рынке областного центра сам не встанешь - не пустят, ибо там все места давно куплены, и чужакам из деревни путь к лоткам базарным заказан: хочешь - отдавай мясо за копейки посредникам, нет - поезжай обратно. Поэтому - несмотря на видимое процветание - селянам приходится в иные годы очень туго. К тому же в местных магазинах та же бутылка воды минеральной стоит столько же, сколько на Красной площади, в палатке для заграничных туристов. Цены на другие продукты-товары, от иголки до сахара - в полтора-два раза выше, нежели в магазинах областного центра. Ото всего этого, наверное, дети местных жителей, повзрослев-возмужав, бегут без оглядки. Либо в Тулу, либо (что гораздо чаще) в столицу.
    Но лучше ли в иных местах-весях?! Следующая остановка в Белёве; он производит - коль смотреть с пригорка, с дороги от Одоева - впечатление городка бедного-захолустного. Но это вводит в заблуждение обшарпанная, с отбитой напрочь штукатуркой колокольня центрального храма. Стоит въехать в градские пределы, как налицо совсем другая картина - в небольшой очереди на заправке не увидел я ни одной отечественной машины; сплошь - европейцы да японцы. За деревьями-кустами улиц тоже чувствуется достаток - новенькие либо основательно отреставрированные-подретушированные - но опять же небольшие, как и в прилегающих деревеньках - дома. И кругом - стада, воистину стада гусей-уток, кои заполонили окраину городка (в центр не проезжал, торопился). Люди спокойные и очень вежливые, что, впрочем, характерно для всех провинциальных-уездных городков. Так что Белёв оставил впечатление неброского, но сытого районного центра.
    А вот дальше - заканчивается Тульская область. Об этом свидетельствует не только табличка-указатель. Обрывается линия садов, начинается какая-то пустошь, перемежаемая рощицами. И - в отличие от Тульской области, где через каждый 3-5 км либо домик-хуторок, либо посёлочек встречается - на Орловщине ни одного населённого пункта нет вдоль... Хотел сказать дороги. Но её тоже нет. Видно, некогда собирались делать-латать, сняли верхний слой асфальта да, верно, забыли или отчитались. Поэтому редкие - в основном, грузовые машины - вынуждены ползти на скорости 20-30 км/ч либо по обочине, либо по грунтовкам, идущим рядом с насыпью-трассой. Правда, мучения эти через полчасика примерно заканчиваются - сразу за деревней Зубари (кажется, не ошибся в названии). Хотя, конечно, пару бревенчатых развалюх, погруженных в крапивно-бурьянный омут, трудно назвать вообще жилым местом. Но не станешь же спорить с дорожным указателем?! Тем более, что грешит он не слишком сильно, всего на несколько сотен метров, поскольку сразу за деревней начинается жизнь - на берегу огромного пруда, на одетом в бетон-плотину берегу виден величественный особняк. Правда, подъехать к нему невозможно - путь преграждает шлагбаум с "кирпичом". Но что интересно?! Именно от этого "дворца" начинается великолепнейшая дорога, которая заворачивает на республиканскую трассу, точнее, накрывает собой её рытвины и ямы, и ровное блаженство сие тянется аж до самого Болхова, где - увы, опять - заканчивается и дорога, и жизнь; кажется, город законсервирован с 19-го века, даже вдоль тротуаров - на булыжной мостовой центральной улицы - сохранились ливневые стоки-арыки, кои были некогда в Орле (на старых фото можно увидеть переброшенные через них деревянные сходни на ул. Гостиной). Специально остановился, дабы разглядеть повнимательнее это историческое чудо. Но любовался недолго, взыграло любопытство - спросил у проходившей мимо женщины об удивительной деревни Зубари, вернее, о расположенной рядом с ней усадьбе. Но главное, очень хотело узнать, что за удельный князь-воевода - могущий перекраивать карту России по собственному произволению, поворачивать не просто дороги, а республиканские трассы - живёт в доме над озером. Оказалось, по словам женщины, никакой владыка земной в тех местах не обитает, разве что наведывается иногда отдохнуть. Вернее, наведываются, ибо владельцев - двое, и поместий тоже - пара (второе просто я не заметил за громадой первого). Первый "домохозяин" - ещё два года назад был самой почитаемой персоной на Орловщине, другой - тоже весьма примечательная личность; он не только строил-штукатурил для босса указанное имение, но даже и обычные-типовые "хибарки" возводил повсюду; во многих из них обитают ныне отнюдь не воеводы-начальники, а простые смертные.
    Но вернусь к описанию Болхова, ибо городок сей очень сильно отличается от того же Белёва - прежде всего отношением жителей к устройству собственного бытия. Здесь новеньких, только-только отстроенных коттеджей нет вовсе. Да и вообще создаётся впечатление, что к избяному трёхоконью, типичному-традиционному для века позапрошлого, не добавили - с момента постройки! - ни единой доски, ни единого гвоздя; всё жилье - даже на центральной улице Ленина - сохраняется в своём первозданном виде, без всяких переделок-улучшений. Происходит же это, как показалось, не из-за бедности местных жителей; очевидно все деньги, все свои сбережения они отдают на реставрацию храмов, ибо даже в Москве я не видел столь тщательно, столь трепетно восстановленных церквей, причём каждый из болховских храмов накрывают огромные и непременно золотые купола. В общем, подумал, люди последнее пожертвовали на веру, точнее, на попов и их паникадила. И, увы, сие предположение оказалось неверным - абсолютно! Ибо, как пояснил прохожий, жертвовать-делиться с батюшками болховчанам нечем - работы нет, а те, кто исхитрился пристроиться куда-либо, получают максимум - 4330 рублей в месяц. Но тогда на какие средства сусалят купола?! Как выяснилось из беседы, денежки дали всё-таки обычные люди-налогоплательщики. Правда, не по собственной воле, решение за сограждан приняли депутаты областного совета, кои и переводят рублики из регионального бюджета на храмовое золото. Так, на вершины-купола всего одной из местных церквей пожертвовали (точнее, отсчитали-изъяли из областной казны) народные избранники полмиллиона рублей. А сколько вкатано-заколочено во все храмы - сосчитать, право, сложно. Да и нужно ли?! Болховчане никоим образом не возмущаются столь великими расходами на культовые сооружения; очевидно, их вполне устраивает такая жизнь: по будням - в дореволюционных, вросших в землю сараях, по воскресеньям и праздникам - в златых-расписных хоромах РПЦ. Кстати, с точки зрения социальной психологии такая позиция наиболее удачна: гораздо более счастливых людей найдётся среди тех, кто живёт в обнимку с мечтой, нежели среди тех, кто старается достичь рая в реальности, в короткий миг своего земного бытия.

    Тиша Громогласный










  • Амстердам: Город Контрастов (из заметок путешественника)

  • Декларация независимости Свободного Острова Принцессы Марии



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи