Ноя
11

Рене Госсини.”Маленький Николя”




  • Книга «Мир глазами блоггера»

  • Маленький Николя.


  • воспоминание, которым мы будем жить.

    В то утро мы пришли в школу радостные. Учительница сказала нам, что нас будут фотографировать, а фотография - это воспоминание, которым мы будем дорожить. Еще она сказала нам, чтобы мы пришли чистыми и хорошо причесанными.
    С сильно напомаженными волосами я вошел в школьный двор. Все ребята были уже там, а наша учительница ругала Жофруа, который явился в марсианском костюме. У Жофруа очень богатый папа, он покупает ему все игрушки какие тот только захочет. Жофруа объяснял учительнице, что будет фотографироваться только в костюме марсианина или совсем уйдет.
    Фотограф с аппаратом был тоже уже там, и учительница ему говорила, что нужно быстрее фотографировать, иначе мы пропустим занятия по арифметике. Аньян, первый ученик в классе и любимчик нашей учительницы, сказал, что будет очень жаль, если мы пропустим арифметику потому что он любил ее и сделал все задачки. Эд очень сильный мальчик, хотел ударить кулаком по носу Аньяна. Но Аньян носил очки, и потом нельзя же лупить его всегда, когда тебе вздумается. Учительница стала кричать, что мы все невыносимые и что если так будет продолжаться, никакого фотографирования не будет и мы пойдем в класс. Тогда вмешался фотограф:
    - Послушайте, послушайте, успокойтесь, успокойтесь. Я умею говорить с детьми, все будет хорошо.
    Фотограф решил, что мы должны встать в три ряда: первый ряд сядет на землю, второй ряд встанет в центре, вместе с учительницей, она сядет на стуле, а третий ряд встанет на ящики. Он в самом деле все очень хорошо придумал, наш фотограф.
    За ящиками пошли в школьный подвал. Там здорово повеселились. В подвале было не очень светло, а Руфю надел себе на голову старый мешок и кричал:
    - У-у! Я - привидение!
    Потом мы увидели, что пришла учительница. У нее был не очень-то довольный вид, и мы быстро ушли с ящиками. Остался только один Руфю. С мешком на голове он не видел, что происходило, и продолжал кричать:
    - У-у! Я - привидение!
    Учительница сняла у него с головы мешок, и он жутко удивился. Вернувшись во двор, учительница отпустила ухо Руфю и, ударив себя рукой по лбу, воскликнула:
    - Да вы все черные!
    Это было верно. Дурачась в подвале, мы все испачкались. Учительница расстроилась, а фотограф ей сказал, что это не страшно, что можно вымыться, пока он будет устанавливать ящики и стул для аппарата. С чистым лицом, кроме Аньяна, был еще Жофруа, так как у него на голове был марсианский шлем, похожий на стеклянный шар.
    - Вы видите, - сказал Жофруа учительнице, - если бы все пришли одетые, как я, не было бы никаких неприятностей.
    Я видел, что учительнице хотелось отодрать Жофруа за уши, но на шаре не было никаких приспособлений, на которые можно было бы ухватиться. Этот марсианский костюм был просто мировой.
    Наконец, мы вернулись, умытые и причесанные. Правда, мы были немного мокрые, но фотограф сказал, что это не имеет значения. На фотографии это не будет видно.
    - Хорошо, - сказал фотограф, - хотите сделать приятное вашей учительнице?
    Мы ответили, что хотим, потому что очень любим нашу учительницу, она ужасно хорошая, когда мы не выводим ее из терпения.
    - Тогда, - сказал фотограф, - займите свои места для фотографирования. Самые высокие - на ящики, средние - во второй ряд, маленькие - на землю.
    Мы пошли на свои места, а фотограф стал объяснять учительнице, что с детьми можно все уладить, если иметь терпение, но учительнице не удалось дослушать его до конца. Ей пришлось нас разнимать, потому что мы все хотели стоять на ящиках.
    - Самый высокий здесь только я! - кричал Эд и толкал всех тех, кто хотел взобраться на ящики.
    А так как Жофруа настаивал, Эд треснул его по кумполу, отчего здорово стало больно его руке. Несколько мальчишек пытались снять с Жофруа этот стеклянный шар, но его заклинило.
    Учительница сказала, что делает нам последнее предупреждение, иначе будет арифметика. Тогда мы решили, что надо успокоиться, и начали устанавливаться. Жофруа подошел к фотографу:
    - Это что, ваш аппарат? - спросил он.
    Фотограф заулыбался и сказал:
    - Это ящик, откуда вылетит маленькая птичка, голубчик.
    - Ваш аппарат старый, - сказал Жофруа. - Мой папа отдал мне аппарат со светозащитным приспособлением, с короткофокусным объективом, телеобъективом.
    Фотограф, казалось, был удивлен, перестал улыбаться и попросил Жофруа вернуться на свое место.
    - Ну, а фотоэлемент у вас есть, по крайней мере? - спросил Жофруа.
    - В последний раз прошу вернуться на свое место! - заорал фотограф, и сразу стало видно, что он занервничал.
    Наконец, все устроились. Я сидел на земле рядом с Альсестом. Альсест это мой приятель, он очень толстый и все время что-нибудь ест. И сейчас он только успел откусить пирожное, как фотограф сказал, чтобы он перестал есть, а Альсест ответил, что ему необходимо питаться.
    - Оставь пирожное! - закричала учительница, сидевшая как раз сзади Альсеста.
    Это было так неожиданно, что Альсест уронил пирожное себе на рубашку.
    - Все нормально, - сказал Альсест, пытаясь удалить остатки пирожного кусочком хлеба.
    Учительница сказала:
    - Единственное, что можно сделать, это поставить Альсеста в последний ряд, чтобы не было видно пятна на рубашке. Эд, - добавила учительница, уступите ваше место своему товарищу.
    - Это совсем не мой товарищ, - сказал Эд, - и он не займет мое место, ему надо повернуться спиной к аппарату. Так, по крайней мере, не будет видно ни пятна, ни его жирного лица.
    Учительница рассердилась, и в наказание Эду было велено проспрягать глагол в предложении: "Я не должен отказывать в просьбе уступить место своему товарищу, который уронил пирожное себе на рубашку". Эд ничего не сказал, слез с ящика и пошел к первому ряду, в это время Альсест шел к последнему ряду. Это внесло некоторый беспорядок, особенно когда они встретились и Эд ударил Альсеста по носу. Альсест хотел ударить ногой Эда, но тот ловко увернулся, и удар достался Аньяну. К счастью, он был тогда без очков, но это ему не помешало зареветь. Аньян стал реветь и орать, что он ничего не видит, что никто его не любит и что он хочет умереть. Учительница стала его успокаивать и утирать ему нос платком, снова его причесала и дала Альсесту в наказание написать сто раз: "Я не должен бить товарища, который не ищет ссоры со мной и который носит очки".
    - Очень правильно, - сказал Аньян.
    Тогда учительница и ему дала задание. Аньян так удивился, что перестал плакать. А учительница стала всем-всем раздавать наказания, все получили кучу заданий. А в конце концов она нам сказала:
    - Теперь вы успокоитесь, и, если будете хорошо себя вести, я сниму с вас все наказания. Итак, вы принимаете позу, улыбаетесь, и господин фотограф делает прекрасный снимок!
    Мы подчинились, так как не хотели огорчать учительницу. Мы все улыбались и позировали.
    Ну, а что касается воспоминания, которым мы будем дорожить всю жизнь, то этого не получилось, потому что оказалось, что фотографа нет. Он ушел, не сказав ни слова











































  • Книга «Мир глазами блоггера»

  • Маленький Николя.



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи