Ноя
10

Сирия. Дамаск.




  • Безымянный 27625

  • Ближний Востк - дело тонкое! (март 2009) - Set #13 - Назарет (часть 1-я).


  • У бедуинов мы прожили 2 дня. Смотрели овец, кормили ослов, спорили о культуре и судьбах России, собирали арбузы с полей, ходили в гости к соседям, объяснялись на пальцах, много ели и были счастливы. Об этих двух днях Лена сделает зарисовку, потому больше рассказывать ничего не буду, подождём видеоработы. Стоит, пожалуй, лишь добавить, что ислам произвёл на Л. столь сильное впечатление, что на утро она перестирала вещи Антона и ещё и мои штаны)))

    В Алеппо у нас случилось две большие потери. Во-первых мы потеряли фотоаппарат. Мы его просто забыли на крыше или ещё где-то, так и не вспомнили где. И во-вторых в Маскане мы оставили Кротовский путеводитель "Вся Азия". Хоть про нужные нам страны я выучила его чуть ли не наизусть, но там был хороший арабский разговорник и без этой книги было в пути тоскливо.
    Тем не менее мы выехали из Масканы в Пальмиру утром 18 октября. В пустыне оказалось много водителей - деньгапросов, но мы выучили фразу "масари ля" (денег нет) и крыли ей. Дорога, по которой мы поехали - второстепенная, хотя покрытие по-прежнему отличное. Машина в полчаса. В пустыне задержались часа на два на хорошо сохранившихся руинах византийского города Аль Русофа. Замок очень большой и энергетически заряженный. Только, нам показалось, что не в положительном смысле. Он, как воронка, высасывает энергию и даже, кажется, воду из организма. Через час лазанья по руинам очень хотелось пить и спать. Но мы продолжили путь и к закату доехали до города Сухна.
    Если бы не эта случайность, мы бы так и проехали Сирию, не увидив поистине глубокой провинции. В Сухне если и ступала нога белого человека, то очень давно. Иностранцев здесь не видели. Свисты и крики со всех сторон, когда шли по главной улице, мимо каких-то гаражей, пытаясь отыскать магазин. В какой-то момент остановился микроавтобус и предолжил без денег нас кда-то отвезти. Мы не поняли куда, но согласились. Водитель привёз нас к своему дому, его сосед - учитель английского языка, по-английски понимал не важно. Нам предложили остаться переночевать, мы вошли внутрь котакомб и нам там не понравилось. Во-первых они сразу начали говорить, что автостоп в Сирии не возможен, и что он завтра нас отвезёт в Пальмиру за какую-то сумму. Потом набежали их 10 невоспитанных детей, а один мальчик постоянно тянул руки с криком "мани, мани". Жена своим внешним видом и поведением напоминала не арабку, а цыганку. Короче, мы взяли рюкзаки и покинули это место. На улице тем временем стемнело. Мы свернули к магазину и тут началось. Нас облепили десятки агрессивно настроенных детей. С палками и камнями. Близко подходить они ещё не решались и старались дотянуться до нас палками. Дальше - круче. Поднимаясь вверх по тёмной улице в чёрном облаке злых гномов на обочинах начали появлятся фигуры побольше. И в какой-то момент они все начали что-то скандировать, какие-то кричалки, как на акции. Мы зашли в магазин, хозяин закрыл дверь, но вся толпа осталась ждать нас снаружи. В магазине всё было очень дорого (как мы выяснили позже, специально из-за нас), и мы оттуда ввшли, купив связку бананов. Толпа наступала. Мы вырулили в другой переулок и внезапно к нам подошёл парень и на хорошем английском очень вежливо поинтересовался куда мы идём, а через 5 минут пригласил в гости. Так мы оказались в приличной обеспеченной семье. Парня звали Хуссейн (как Садам, - объяснил его отец). И у него был брат Али, учившийся на медика 6 лет в Украине и говорящий по-русски. Узнав, что мы русские, Али сначала напрягся. "Зачем вы приехали в Сирию?" Объяснив, что мы просто путешевственники, напряжение его немного попустило. Али рассказал нам, что после русско-китайского вето русских в Сирии больше не любят, что с нашими русскими паспортами мы в большой опасности и что вчера в Хоме во время перестрелки у автовокзала убили украинку. Хома и Хомс - главные города, где разворачивается в эти дни сирийское восстание. После этого Али сказал, что он уважает Гитлера за то, что "он перебил этих жидов". Помня о времени суток и детях, вооружённых камнями и палками под окном, дискутировать не стали. Скинула ему несколько фильмов на русском языке. Чёрную книгу. Ромпер Стомпер и другие. Отец семейства уговаривал нас остаться на неделю, или вернуться к ним из Пальмиры. Приглашение отклонили, утром после завтрака Хуссейн проводил нас до трассы и мы уехали.
    В Пальмире пробыли несколько часов. Густой туман, сильный ветер и облака пустынной пыли придали нашему визиту на легендарные руины полумистическую атмосферу. Под конец чуть не наступили на змею, которая, слившись с окружающим пространством, просимволизировала конец уходящей эпохи.

    В Дамаске нас встретил Каучсёрфер Хассан. Каучсёрфинг в Сирии сейчас запрещён. Мы поселились в его шикарной квартире с выходом на крышу в центре Дамаска. Хассан познакомил нас со своим другом Фарасом - политическим активистом. Фарасу 27 лет, он рассказал, что у оппозиции в Сирии нет ни планов на дальнейшую жизнь, ни лидера. Сказал, что "вот свергним правительство, а там хоть трава не расти", и что "любой президент будет лучше нынешней системы". Фарас верит, что после свержения режима в стране пройдут честные демократические выборы. Фарас не организует протесты, но еженедельно их посещает. Хассан на протесты не ходит. Объясняет просто и открыто - страшно за жизнь. На следующий день мы поехали на предполагаемое место демонстрации. Обычно протестные акции проходят в Сирии по выходным - пятницам и субботам после обеденного и вечернего намаза. Каждую пятницу власти убивают десятки людей по всей стране, каждую субботу - похороны, переходящие в демонстрации. Фарас говорит, что боятся на акции нужно подростков и пожилых людей, обычно одетых в дворников. Именно их нанимает правительство расстреливать активистов.
    На протестные акции Фарас стал ходить с весны этого года. Раньше протестом не занимался, бездомных не кормил, о правах человека и сквоттинге не слышал.

    Портреты Асада в Сирии на каждом углу, в каждом офисе, магазине и на многих автомобилях. Около нашего дома вдоль дороги - растяжки на арабском "Спасибо, Китай. Спасибо, Россия". Банковские карты не работают, банкоматы закрыты. В пятницу вечером на 2 часа во всём Дамаске отключили свет и интернет. Большинство сайтов заблокированы, фэйсбук работает только рано утром, скайп не работает. На улицах - люди с автоматами из ментов и армии.

    На предполагаемом месте демонстрации ко мне подошёл молодой человек и спросил, не журналист ли я. Я сказала - нет, и он тут же расстворился. Мы его догнали, он взял мой емэйл и обещал сообщить о завтрашней акции "вы придёте и увидете, как они нас убивают". Как только парень ушёл, нас остановили менты. С нами был Фарас, но нас всё равно обыскали. Мою камеру не нашли, на телефонах камер у нас нет, это и спасло. Потом мы долго сидели на улице в кафе, напротив полицейского участка с групой активистов и наблюдали за тем, как к ментовке подъезжают закрытые фуры и оттуда выходят десятки людей с автоматами и стеклянными щитами.
    После нашего ухода к хозяину магазина пришли люди и допрашивали про нас и Фараса. Пришлось сменить место жительства.

    А за несколько дней до этих событий мы говорили про свободу. Все Сирийцы, с которыми мы общались на эту тему всегда отвечали одно и то же. Свобода - это когда нет начальника. Лучше всего, когда у тебя собственная аптека. Тогда можно зарабатывать до трёх тысяч баксов в месяц и самостоятельно решать, когда выходить на работу, а когда - нет. Я предположила, что в арабском языке вообще нет слова свобода. Яруб тогда сказал, что есть, но, литературно "негативная". То есть только в понимании "свобода от".









  • Безымянный 27625

  • Ближний Востк - дело тонкое! (март 2009) - Set #13 - Назарет (часть 1-я).



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи