Ноя
11

street post




  • ностальгия

  • А я помню те времена!


  • Материалов набираю, пластами жизни, а писать не могу, сижу перед экраном и смотрю в него. Не могу ни о других, ни о себе. О себе кажется, что нечего, о других – не могу начать. Открываю файлы, составляю план, а писать – не могу. Странно даже, что успела написать хотя бы несколько. Наверное, перехлест информации подавил квази-творческое начало. Не могу позвонить людям, с которыми говорила несколько лет назад, в девяносто лет, наверное, уже не живут на свете. Но позвонить надо. Утро так хорошо начиналось, собрала почти всё Йенсу, наконец-то откопировала все Свете, отправила, ждали на почте не менее получаса. Сидела с нами рядом женщина из теток, грузная, низкопосаженная, усталая. Улыбалась Норке, говорила с ней, со мной.
    - Вы бы дали ей что-нибудь в руки, пусть крутила бы – всё одно занята бы была.
    - Пусть лица изучает
    - Я своим давала, они крутили. Вот только сын терпеть не мог в коляске сидеть, а дочка – обожала. И сразу засыпала. Она и сейчас так: в автобус войдет, сядет и нет ее. Говорит, это даже хорошо против движения сидеть – укачивает в самый раз. Они с отцом ее – одно и то же. Я вот: сесть не могу, как сяду, сразу вспомню, что там белье, а здесь – обед кипит, а тут – беспорядок. Вскакиваю и бегу. А она – придет домой и сразу вытягивается, хоть потоп, ей – все равно.
    - Кем же она у вас так работает, что пластом?
    - Да на компьютере она, целый день, да и зрение у нее – пятерка. Вот и лежит. А я – не могу. Ох, совсем они другие, везли их сюда, перли на себе тюки, а дети мои – пошли и у мусорного бака все поставили. Это уже сейчас. А я так и не могу выбросить ничего. Как же хорошую вещь выбросить?
    - Вы из Молдавии?
    - Нет, с Кавказа. Дочь моя как-то говорит: я, мам, столько обуви твоей старой выбросила, а ты даже не заметила. Да, не заметила я, ей-то что. А я не могу, вот сапоги выбросила, кожаные, высохли они. Тут вот носят когда угодно сапоги, а мы ж только зимой. Юбки привезла плиссерованные свои, а приехала и сразу десять кэгэ набрала, но думаю, может, одену еще когда, как же так – выбрасывать...
    У стойки-окошка старушка уронила деньги, веером рассыпались пятидесяшекелевые купбры. Никто ей не поднимает. Она сама наклонилась наполовину, больше не может, за палкой потянулась, потом оставшиеся на стойке в стопку сложила. Никто не поднимает все равно. Только какая-то старушка тоже подошла и бумажку одну к общей куче подвинула. Деньги. Никто не трогает.
    - Видели? Деньги рассыпались.
    - Не, видела, что что-то пало у нее. Деньги?
    - Да, никто не помогает
    - Тут никто не помогает.
    - Да, пожалуй, лишь потому, что деньги
    Не согласна со мной, но молчит.
    - Не могу ждать. Вчера номер взяла и убежала. Не могу. Ждать не могу и сидеть без дела. Не могу. Но надо заплатить ведь. Ох как долго.
    Минут за пятнадцать все тридцать номер и прошли.
    - Вот и наш уже, скоро вы
    - Да уж, за разговором и обед скоро.




















  • ностальгия

  • А я помню те времена!



  • Социальные сети

    Рубрики

    Последние записи